• +7 (495) 911-67-00
<

Активные продажи акций биотехнологических компаний в марте встревожили некоторых инвесторов (в свете невероятного роста рынка на протяжении последних двух лет), многие снова начали говорить про раздувающийся пузырь на фондовом рынке. Даниель Левин (Daniel Levin), автор The Burrill Report в подкасте от 31 марта 2014 г. побеседовал с Адамом Фьюрштейном (Adam Feuerstein), старшим обозревателем TheStreet.com о ходе торгов в марте, причинах для беспокойства и вероятности «окончания праздника» в случае негативных трендов в отношении цен на лекарственные препараты.

Далее интервью приводится в сокращенном варианте в вольном переводе.

Даниель Левин: Начнём разговор с мартовской активности на фондовом рынке – акции биотехнологических компаний распродавались в больших количествах. Почему это происходит?

Адам Фьюрштейн: Действительно, на сегодняшний день, IBB, фонд ETF, который работает с акциями биотехнологического сектора из NASDAQ Biotech Index, потерял на протяжении последнего месяца 14% своей стоимости, в то время на индекс S&P слегка вырос, на величину около 1%. Таким образом, это правда – мы наблюдали серьёзный нисходящий тренд для «биотехнологических» акций в предыдущем месяце.

ДЛ: Это объясняется возрастающим беспокойством относительно цен на лекарства? Или есть другие мотивы?

АФ: В общем-то, можно попытаться выделить одну главную причину. И то, что Вы упомянули – неопределённость с ценами на лекарства – это то, о чём большинство инвесторов думает сегодня. Справедливо или нет, Gilead с новым препаратом Sovaldi® против гепатита С, который обходится в $1 000 в день – «кругленькая» сумма, крупная сумма!

ДЛ: Вам следует упомянуть письмо, которое конгрессмен от демократов адресовал Gilead с требованием обосновать цену.

АФ: Это верно. Да, на этой неделе мы слышали о некоем конгрессмене, который направил письмо в Gilead, с запросом объяснения – почему они установили стоимость Sovaldi® на уровне $1 000 в день. Это стало продолжением противодействия, которое начали оказывать страховые компании, заявившие, что не могут позволить себе возмещать затраты на этот препарат, в то время как пациенты с гепатитом С хотят его применять.

ДЛ: Слышны мнения, что мы должны следить не только за безопасностью и эффективностью препаратов, но и также за их ценами. И это подогревает настроения.

АФ: Я тоже это слышал. Знаете, одной причиной, которая по-настоящему способна прекратить эту затянувшуюся «вечеринку» для биотех-сектора, может стать опасение относительно будущих цен на лекарственные препараты, сопротивления их дороговизне сегодня. Потому что это влияет на стоимость будущих денежных потоков, величину прогнозируемых доходов компаний. И это создаёт неопределённость. Инвесторы пытаются заглянуть на несколько лет вперёд и из-за вопросов ценообразования не могут сказать, какую выручку эти компании будут иметь. Тревога, которая этим порождается, запускает продажи акций.

ДЛ: Вы писали на этой неделе о публикации Джошуа Брауна (Joshua Brown), консультанта по инвестициям, автора блога The Reformed Broker. Браун, который не специализируется на биотехе, выдвигает свои аргументы в пользу того, что ситуацию можно охарактеризовать как «пузырь на рынке биотеха». Что он имеет в виду?

АФ: Да, знаете, в общем-то – семантологический вопрос, как это называть: «турбулентность», «коррекция», «пузырь» это или нет. Мы можем спорить и не соглашаться относительно того, как это точно называть. В конце концов, акции всё равно дешевеют. Вот о чём говорил Джошуа, и это действительно любопытно, так как мы с вами находимся в этом (биотех – ред.) сообществе, в этом «пузыре» (смех). Мы с вами думаем исключительно про биотех. Джошуа находится вовне, но в то же время он управляет средствами многих инвесторов, он управляющий частным капиталом. И, находясь в стороне, он смотрит на сектор и говорит: «это пузырь». И это важно, потому что, давайте назовём, какова основная причина, какова одна из причин, этого биотехнологического бума или «пузыря», как угодно – это приток средств инвесторов широкого профиля в сектор. Под «инвесторами широкого профиля» я имею в виду тех, кто не проводит всё своё время, думая об биотехнологических акциях. Они инвестируют в промышленные, ресурсные и технологические сектора и многие другие вещи. Они влили миллиарды долларов в биотех. Потому что сектор был «горячим»! И каждый хочет быть там, где «горячо», там, где лучший возврат на инвестиции. Так что, может быть то, что мы видим, то, о чём сигнализировал Джошуа – это мнение инвестора широкого профиля, который говорит: «Я беспокоюсь о том, что происходит, все эти разговоры про “пузырь” и ценообразование на лекарства». И они начинают выходить из акций. И это в некотором роде объясняет, почему мы видим распродажи акций.

ДЛ: Вы говорили про инвесторов широкого профиля. Можно поставить вопрос о фундаментальных показателях – инновационные препараты с высокой стоимостью выходят на рынок, FDA эффективно работает с компаниями, внедряются механизмы ускорения процессов девелопмента и регистрации. Есть ли у вас какие-то соображения о том, насколько сильно рынок был «подогрет» средствами инвесторов широкого профиля, ловящих момент, а не ведущих анализ фундаментальных показателей?

АФ: На мой взгляд, трудно указать конкретный процент, но я думаю, что вы говорите о том, что есть фундаментальная причина тому, что биотехнологические акции торгуются выше остального рынка. Я думаю, что действительно есть множество фундаментальных позитивных сигналов и причин для того, чтобы акции росли. Довольно часто цены на акции, если можно так сказать, могут подняться «слишком высоко» - и затем они возвращаются вниз. Но я не думаю, что кто-либо ожидает, что акции биотехнологического сектора могут откатиться на уровни «мрачного периода» 2008-2009 годов.

ДЛ: Вы можете назвать текущую ситуацию «пузырём» или нет? Почему?

АФ: Я бываю склонен к использованию этого термина, но скорее всего не в том значении, как экономисты или аналитики. Мне кажется, что есть небольшая доля иррациональности в том, что происходит. Мы оцениваем биотехнологические компании в миллиард долларов и более, основываясь на наличии у них лишь данных по исследованиям на мышах, и это является знаком некоей иррациональной щедрости. То, что мы видели в последние 6-9 месяцев – по сути – это большое количество разговоров и версий о том, почему же акции растут, а не рассуждения об оценке компаний. И это рождает ощущение «пузыря» в умах людей. Надеюсь, часть этой иррациональности будет исключена из динамики сектора, и мы, определённо, наблюдали это в марте.

ДЛ: Таким образом, если это всё-таки «пузырь», что приведёт к его схлопыванию, что положит этому конец?

АФ: Всё то, о чём мы говорили. Если мы увидим реализацию, а не просто будем предполагать – если мы увидим, что с высокими ценами на лекарства действительно попытаются что-то сделать, это обязательно охладит энтузиазм. Подобные вещи мы наблюдали в 2008-2009 и даже 2010 году, и это «накрыло сектор крышкой». Это то, за чем я бы следил в первую очередь. Также за тем, чем закончится история с Gilead – будут ли приняты меры и приведёт ли это, в итоге, к понижению стоимости Sovaldi® и других препаратов, как изменится подход к оценке цены лекарств. Подобные моменты – это те, которые я бы отслеживал.

ДЛ: Адам Фьюрштейн, старший обозреватель TheStreet.com. Спасибо, Адам!

АФ: Спасибо, Дэнни!

Полную версию интервью можно прослушать в оригинальном подкасте (на английском языке): http://www.burrillreport.com/article-why_theres_growing_talk_of_a_biotech_bubble_.html